Москва, Вознесенский переулок, 16/4
На карте

| 02 декабря 2020

Вознесенский переулок, протянувшийся от Тверской улицы до Большой Никитской, – самый центр Москвы. Здесь множество сохранившихся до сих пор городских усадеб, особняков и доходных домов, которые когда-то населяли видные люди: богатые помещики, писатели и ученые. Например, дом поэта Вяземского, где бывали Грибоедов и Пушкин, читавший здесь запрещенного к постановке «Бориса Годунова», или дом Е.А. Баратынского, ранее принадлежавший семье драматурга Сумарокова.

В 1892-1893 годах архитектор В.Г. Сретенский, известный строительством церковных зданий, возвел в переулке трехэтажный доходный дом П-образной формы, который охватывал целый квартал. Дом принадлежал общине Казанского собора на Красной площади. В 1970-е годы здание было надстроено до пяти этажей. В советские годы здесь получали квартиры представители правящей и военной элиты.

По данным «Мемориала», как минимум 12 жителей дома были расстреляны в конце 1930-х – начале 1940-х годов.

«Последний адрес» еще в начале 2015 года получил три заявки на установку памятных знаков на этом доме. Большинство владельцев квартир дома не только не возражали, но и вполне одобряли установку табличек в память о людях, ставших жертвами политического террора. Но упорное сопротивление одного из жителей дома не позволяет нам пока установить эти знаки.

Тем не менее, мы считаем необходимым рассказать о тех, кому мы планировали повесить на этом доме памятные таблички.


Давид Аронович Розов родился в 1902 году в городе Прилуки на Украине в бедной еврейской семье. Его отец был портным. Давид стал предпоследним из 13 детей и единственным, кто сумел получить высшее образование. Всю жизнь он помогал родным: долгие годы содержал глухонемую нетрудоспособную сестру, обеспечил младшему брату возможность получить образование.

К моменту ареста, 28 марта 1940 года, Розов занимал пост заместителя наркома торговли. Он был арестован вместе с женой, Зинаидой Петровной Розовой-Егоровой, у себя на квартире в день возвращения из командировки. Зинаида Петровна работала секретарем-машинисткой и одновременно училась в Институте иностранных языков. Через полтора года, 28 октября 1941-го, также вместе с женой, Розов был расстрелян в дачном поселке Барбыш под Куйбышевом по личному указанию наркома НКВД Лаврентия Берии.

Розова с женой казнили в числе 25 человек, которых незадолго до этого привезли в Куйбышев из внутренней тюрьмы НКВД. Среди расстрелянных – крупные военачальники (пять Героев Советского Союза, в том числе первый дважды Герой – генерал-лейтенант авиации Я.В. Смушкевич), конструкторы, военные инженеры, два директора научно-исследовательских институтов, руководители наркоматов. Все они в обвинительных заключениях были объявлены участниками «антисоветской заговорщической организации» или «антисоветской троцкистской организации», якобы занимались «шпионажем в пользу иностранных государств», «проводили вредительство». Нескольких приговоренных расстреляли вместе с женами, которых тоже обвинили в участии в заговоре или «недоносительстве».

Почти все расстрелянные в этот день в предвоенные годы были так или иначе связаны с заграницей, в основном с Германией, неоднократно ездили в командировки, многие занимались закупкой вооружений. В частности, Давид Аронович Розов был не только заместителем наркома торговли, но и с 1936 по 1938 год – руководителем акционерного общества Амторг (Amtorg Trading Corporation), учрежденного в Нью-Йорке в 1924 году и осуществлявшего и контролировавшего все советско-американские торговые отношения. До открытия дипломатического представительства СССР в США Амторг выполнял функции и посольства, и торгпредства и, как водится, попутно занимался разведкой, в основном экономической, поскольку имел право официально запрашивать данные о кредитоспособности американских компаний.

А.Н. Осокин, автор статьи «Расстрелянный под номером четырнадцать», посвященной тайне казни в поселке Барбыш, считает, что руководство страны боялось не утечки «военных секретов», а стремилось сохранить в тайне те инструкции, которые давались командированным, особенно перед поездками в Германию, внезапно превратившуюся из союзника в «самого страшного противника».

Зинаида Петровна Розова-Егорова сопровождала мужа в его длительных зарубежных командировках, и именно это, по мнению А.Н. Осокина, не оставило ей шансов выжить.

Супруги были реабилитированы Главной военной прокуратурой в 1955 году, тоже в один день.


Артур Карлович Сташевский (псевдонимы Верховский, Степанов) родился в 1890 году в городе Митава Курляндской губернии (ныне – Елгава, Латвия) в семье Минны и Карла Хиршфельдов (публикации о советских разведчиках приводят другое написание фамилии – Гиршфельд, однако родственники настаивают на такой транслитерации). Карл Хиршфельд держал в Митаве извозный двор, Артур был самым младшим из его девятерых детей.

Окончив начальную школу и четыре класса гимназии (экстерном), Сташевский с юности примкнул к революционному движению, скорее всего, под влиянием старших сестер, четыре из которых стали революционерками. Все сестры и их мужья еще с дореволюционных времен знали Феликса Дзержинского и в 1905 году помогли его освобождению из тюрьмы под залог огромной для того времени суммы в 600 рублей. В 1906 году Артур вступил в ряды партии СДКПиЛ (Социал-демократия Королевства Польского и Литвы), но пробыл в ней недолго: в 1912 году он вышел из партии. Сташевского несколько раз арестовывали, что, возможно, подтолкнуло его к эмиграции.

В 1909 году он уже работает на меховой красильной фабрике в Париже, сначала чернорабочим, но быстро поднимается до мастера-красильщика. В 1914-м Сташевский переезжает в Лондон, где также работает на меховых фабриках, но после революции, в ноябре 1917 года, он приезжает в Россию.

В мае 1918 года Артур Сташевский поступил учиться в Школу красных командиров в Лефортове (закончил в январе 1919-го), вступил в РКП(б). По заданию «революционного правительства Литвы» он участвовал в Гражданской войне: работал в Двинске, Вильно, Ковно, где был арестован немцами, а потом выслан на другую сторону демаркационной линии. Сташевский организовал партизанский отряд, который позднее влился в Красную Армию, служил военкомом бригады 4-й стрелковой дивизии и комиссаром той же дивизии.

Очень скоро Артур Сташевский становится начальником агентурного отделения политотдела Реввоенсовета Западного фронта (ноябрь 1919-апрель 1920 годов), задача которого – «разложение противника в виде широчайшего распространения в его рядах агитационной литературы», а также «политическая информация о противнике и контроль над всякими сношениями с ним». Знание четырех языков – немецкого, французского, английского и польского — здесь весьма пригодилось.

С апреля по декабрь 1920 года Сташевский под именем Артура Карловича Верховского возглавляет Регистрационное управление штаба Западного фронта, которому также были вверены функции разведки. Затем он становится командиром Отдельной бригады особого назначения при РВС Западного фронта, состоявшей в основном из бывших немецких и австрийских военнопленных. После захвата Польши бригада должна была двинуться дальше на запад, в Германию. Однако Сташевский был тяжело ранен и демобилизован. В 1922 году он одним из первых в СССР был награжден орденом Красного знамени - «За беспощадную борьбу с контрреволюцией».

В начале 1921 года Военная разведка переводит его на работу в Германию. Сташевского назначают главой объединенной Берлинской резидентуры, в которую входили представители иностранного отдела ВЧК и Разведуправления Красной Армии. Совместно с С. Фириным и Б. Бортновским он фактически руководит всей советской разведкой в Западной Европе, а формально работает секретарем торгпредства РСФСР.

В 1923-1924 годах Сташевский как сотрудник IV (разведывательного) управления Генерального штаба Красной Армии участвует в работе нелегального военного аппарата Компартии Германии (М-аппарата), созданного Коминтерном для подготовки коммунистического переворота в Германии. По замыслу членов ЦК КПГ, М-аппарат должен был, в частности, организовывать теракты против враждебных компартии политиков и военных. По этому поводу заместитель начальника Разведупраления РККА докладывал Коминтерну: «Тов[арищ] Степанов (Сташевский), которому была подчинена партизанская организация, все время отрицательно относился к террористическим актам и отказывался их исполнять».

В 1924 году Сташевского отозвали в Москву и вскоре направили на работу в торговлю: подступавшая к индустриализации страна остро нуждалась в валюте, а у Сташевского были давно наработанные связи в торговом мире.

Тогда же, в 1924-м, Сташевского вводят в правление Советского торгового флота, и до 1935 года он занимает руководящие должности в Наркомате внешней торговли. Именно на этот период приходится самая активная и успешная административная деятельность Сташевского: ему удается восстановить разрушенную после революции меховую промышленность уже не как мелкое кустарное производство, а как мощную индустрию.

Все начинается в 1926 году с опытной лаборатории на окраине Москвы, а через пять лет в стране уже работают 12 предприятий Союзпушнины. Кроме прочего, Сташевский создал первый в СССР Центр научной и исследовательской работы в меховой промышленности, а звероводство при нем превратилось в одну из самых доходных экспортных отраслей экономики. В середине 1930-х выходят работы Сташевского на эту тему: «Экономика и организация международной пушной торговли», «Основы выделки и крашения мехов» в двух томах. В 1932 году заслуги Артура Сташевского были отмечены орденом Ленина – «За исключительную энергию в деле организации и развития меховой промышленности».

Следующим партийным заданием Сташевского становится работа во Всесоюзном объединении по торговле с иностранцами (Торгсин). Он руководил этой организацией в 1932-1934 годах. В это время советским гражданам разрешили в обмен на серебро, золото и драгоценности совершать покупки в Торгсине. Магазины Торгсина появились повсюду, а поскольку страна испытывала большие трудности с продовольствием, которое только в Торгсине и можно было купить, люди понесли туда все, что у них было, и необходимая стране для проведения индустриализации валютная выручка многократно возросла. Все мы помним смешную, но и страшноватую сцену в Торгсине на Смоленской площади из романа «Мастер и Маргарита».

В семье Сташевского сохранилось предание: будто бы его жена Регина, француженка, однажды сказала, что видела отличные сосиски в одном из магазинов Торгсина, и спросила, нельзя ли выделить их семье ежемесячную небольшую валютную сумму на покупку еды. На что муж, подумав, взял жену за руку, коснулся обручального кольца и сказал: «Это просто. Обменяй кольцо и купи кучу сосисок. Я и сам охотно их поем».

С началом Гражданской войны в Испании в 1936 году Политбюро командировало бывалого разведчика в Барселону торговым представителем. Это, разумеется, было только прикрытием, а главной его задачей была организация поставок оружия для республиканской армии. И не только поставок оружия. Вальтер Кривицкий, работавший в разведке Иностранного отдела НКВД в Европе, писал в своей книге «Я был агентом Сталина»: «Пока армия Коминтерна – Интернациональная бригада – приобретала все больший вес и известность на первом плане событий, чисто русские части Красной Армии тихо прибывали и занимали свои позиции позади линии испанского фронта. <...> Эта специальная экспедиционная сила состояла в прямом подчинении генерала Яна Берзина – одного из двух советских начальников, поставленных Сталиным во главе его интервенции в Испании. Другим был Артур Сташевский. <…> Это были тайные люди Москвы за кулисами испанского театра военных действий: в их руках были сосредоточены все нити контроля над республиканским правительством в Испании, в то время как об их миссии ничего не было известно вовне, и она была окружена совершенной тайной. <…> Главным сталинским политкомиссаром в Испании был Сташевский, коммунист польского происхождения, коренастый, невысокого роста, походивший на бизнесмена. <…> Сталин отдал в его руки манипуляцию всеми приводными ремнями политической и финансовой жизни республиканской Испании».

Именно в Испании военный разведчик и советский торговый атташе Артур Сташевский выполнил свою последнюю валютную миссию. Он был одним из главных участников операции «Х», в результате которой львиная доля (510 тонн) золотого запаса Испании оказалась в Москве в хранилищах Госбанка СССР.

Летом 1937 года Сташевского неожиданно отозвали в Советский Союз и 8 июня арестовали при пересечении границы. Ему предъявили обвинение в том, что он являлся членом «Польской организации войсковой» (ПОВ), которая в 1920-1930-х годах якобы вела диверсионно-шпионскую деятельность против СССР в интересах польской разведки. По этому сфабрикованному НКВД делу были арестованы многие польские политэмигранты и поляки в органах госбезопасности и армии, а также руководящие работники других национальностей, имевшие связи с Польшей.

Для того чтобы выманить Сташевского из Барселоны в Москву, вспоминает все тот же Вальтер Кривицкий, в заложники взяли его 19-летнюю дочь Шарлотту (в семье ее звали Лолотт). Она вместе с матерью, Региной Сташевской, переводчиком, работала в советском павильоне на Всемирной выставке в Париже. Шарлотту попросили отвезти в Москву кое-какие экспонаты – после чего она пропала. Вскоре после этого в Москву вызвали и Сташевского, который уехал в такой спешке, что даже не повидался с женой. По другой версии, Сташевский организовывал поставки оружия республиканцам из Франции и после вызова в Москву, зная об арестах, просил жену ни в коем случае не возвращаться в СССР. Однако из Москвы от него пришло письмо с просьбой приехать (родственники подозревают, что письмо было написано под пытками или вовсе не Сташевским), и жена тут же выехала в Москву, где сразу же была арестована.

21 августа Артур Сташевский был осужден за принадлежность «к контрреволюционной террористической организации» и приговорен к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение «незамедлительно». Ему было 47 лет.

Жена Сташевского находилась в лагере до 1946 года (умерла в 1967-м). Шарлотта после ареста родителей покончила жизнь самоубийством. Мать ничего не знала о смерти дочери, и когда кто-то из вновь прибывших в лагерь проговорился, она, по свидетельству солагерников, упала в обморок и несколько дней не приходила в себя. После ХХ съезда КПСС она обратилась в Комитет партийного контроля с заявлением о реабилитации мужа.

Артур Карлович Сташевский был реабилитирован в 1956 году.

Кроме Артура Сташевского и его дочери, во время сталинских репрессий погибли его сестра Анна (1887-1938) и ее сын Казимир Добраницкий (1905-1937, «Последний адрес» установил им обоим таблички в декабре 2017 года), муж сестры Эдды – Ян Тененбаум (1881-1938, «Последний адрес» установил ему табличку в июне 2018 года) и муж сестры Лили – Владислав Ледер (Файнштейн, 1880-1938).


При подготовке текста использовались материалы сайта «Расстрелянное поколение. 1937-й и другие годы», книги Витольда и Стефана Ледеров «Красная нить: по воспоминаниям и трудам семьи Ледеров». Варшава, Изд-во «Искры», 2005 (Witold Leder, Stefan Leder. Czerwona nić: ze wspomnień i prac rodziny Lederów, Warszawa: Wydawnictwo Iskry 2005) и Е.А. Осокиной «Золото для индустриализации. Торгсин». Первое издание: Москва, РОССПЭН, 2009; второе издание (дополненное) сейчас готовится к печати.


Фото с сайта: www.google.ru/maps/ 



Неправильно введен e-mail.
Заполните обязательные поля, ниже.
Нажимая кнопку «Отправить» вы даете согласие на обработку персональных данных и выражаете согласие с условиями Политики конфиденциальности.