Москва, Малый Казенный переулок, 8
На карте

| 28 февраля 2021

Название Малого Казенного переулка происходит от Казенной слободы, которая располагалась на этом месте в XVI-XVII веках и была населена дворцовыми ремесленниками. С 1959 года переулок носил имя биолога Ильи Мечникова, но в 1993-м ему вернули историческое название.

Здание под номером 8 – доходный дом 1912 года постройки, архитектор – Даниил Фридман. Из известных его проектов – здание Центрального универмага в Киеве.

По данным «Мемориала», как минимум два человека были репрессированы в этом доме в период Большого террора. Сегодня «Последний адрес» установил им обоим памятные знаки.


Иван Иванович Лукс и Михаил Матвеевич Штокенберг с 1935 года жили в одной квартире – № 7. Оба латыши, оба родились в 1890-х годах: Лукс в лифляндской деревне Спруды, Штокенберг – в Риге, в семье рабочих. Более молодой Лукс успел послужить в царской армии, рядовым в 6-м латвийском полку. Штокенберг в царской армии не служил, но оба, оставшись после революции в Советской России, по три года отвоевали на фронтах Гражданской войны.

Оба получили советское гражданство, оба вступили в партию, впрочем, партийная карьера у них не задалась: Лукс был исключен из РКП(б) во время одной из чисток 1924 года «как балласт», а Штокенберг, вступивший в РСДРП(б) в 1917 году, в 1919-м был исключен за потерю партийного билета. В 1920-м он вступил в партию снова, а в 1934-м его опять исключили – «за бесхозяйственность». Это произошло в Якутии, куда он был направлен на два года в командировку. Однако по возвращении в Москву в 1935 году Штокенберга в партии восстановили.

Несмотря на то, что Лукс получил высшее образование, а Штокенберг окончил лишь школу, оба они занимали неплохие должности: Лукс работал старшим инженером-конструктором в конструкторском бюро треста Москоммашина, Штокенберг был заместителем начальника склада № 1 Мосавтотранса.

Оба были арестованы один за другим – через три месяца с небольшим после директивы НКВД о проведении массовой репрессивной операции по линии «латвийского шпионажа», которая последовала 30 ноября 1937 года. Штокенберг – 8 марта 1938 года, Лукс – 9 марта. Оба сидели в Таганской тюрьме.

Арестованного на день раньше Штокенберга обвинили в «шпионской деятельности»: по версии следствия, его еще в 1925 году завербовал латыш Ян Михайлович Осит (старший экономист Наркомата путей сообщения, был арестован 4 апреля 1938 года и расстрелян 4 июля). Он вовлек Штокенберга в «националистическую шпионскую организацию», которая ставила своей целью борьбу «за большую Латвию». Одним из руководителей этой организации Осит якобы назвал Яна Эрнестовича Рудзутака, соратника Ленина, видного государственного и партийного деятеля и наркома путей сообщения с 1924 по 1930 год (был арестован в мае 1938 года и расстрелян 29 июля). Перед Штокенбергом якобы поставили задачу предоставлять «националистической организации» сведения о распределении автомашин Мосавтотранса по мобилизационным округам, а также вербовать в организацию новых сторонников. В идеале в нее должны были вступить все латыши. За 13 лет «усердной службы» Штокенберг завербовал целых двух человек – одним из них стал его сосед по квартире Иван Иванович Лукс.

От Лукса, как записано в следственном деле, тоже требовались вербовка и сведения шпионского характера, и он, якобы примкнувший к «националистам» лишь в 1936 году, со всем старанием их «добывал»: интересовался расположением в Москве отдельных воинских частей, их численностью, настроениями населения. Более «ценные сведения шпионского характера» Луксу были недоступны. Завербовать новых членов ему не удалось вовсе.

Фальшивая «националистическая латышская организация» сослужила НКВД огромную службу: ее мнимые члены «признавались», что организация ведет свою борьбу против советской власти «совместно с контрреволюционным военным заговором, существовавшим в Красной Армии, и что между Рудзутаком и Тухачевским имеется договоренность по этому вопросу». Тухачевский был арестован 22 мая 1937 года и 12 июня расстрелян вместе с еще семью высшими военными чинами, их казнь положила начало массовым репрессиям в РККА.

Рудзутак во время своего судебного процесса обратился к суду с просьбой, запротоколированной в материалах дела: «довести до сведения ЦК ВКП(б) о том, что в органах НКВД имеется еще невыкорчеванный гнойник, который искусственно создает дела, принуждая ни в чем неповинных людей признавать себя виновными. Что проверка обстоятельств обвинения отсутствует и не дается никакой возможности доказать свою непричастность к тем преступлениям, которые выдвинуты теми или иными показаниями разных лиц. Методы следствия таковы, что заставляют выдумывать и оговаривать ни в чем неповинных людей, не говоря уже о самом подследственном».

По «латышской линии» в течение 1937-1938 годов было осуждено 21 300 человек, из которых 16 575 приговорены к расстрелу.

Приговор Штокенбергу и Луксу – «шпионская деятельность в пользу Латвии» – был вынесен тройкой НКВД в один день, 22 мая 1938 года. 31 мая их расстреляли. Штокенбергу было 45, Луксу – 40 лет.

Очевидно, жены соседей по квартире, Эльза Штокенберг и Серафима Михайловна Лукс, не дожили до середины 1950-х, когда начались массовые реабилитационные процессы. Про детей, которые к 1938 году уже вполне могли быть взрослыми, в анкетах репрессированных никаких сведений нет.

Иван Иванович Лукс и Михаил Матвеевич Штокенберг были реабилитированы в общем порядке Указом Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 года «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 1930-40-х и начала 1950-х годов».

Документы следственных дел И.И. Лукса и М.М. Штокенберга


Фото: Мария Олендская



Неправильно введен e-mail.
Заполните обязательные поля, ниже.
Нажимая кнопку «Отправить» вы даете согласие на обработку персональных данных и выражаете согласие с условиями Политики конфиденциальности.