Москва, Страстной бульвар 6, с. 1

| 16.10.2016
Дом № 6, строение 1 по Страстному бульвару краеведы называют «Домом Бенкендорфа», по фамилии статского советника, владевшего домом в начале XIX века. Особняк, возведенный в 1799 году, в дальнейшем часто перестраивался: в 1838, 1849 и 1930 годах. Здесь жил баснописец Иван Крылов, некоторое время здание занимал Английский клуб. Среди знаменитых жильцов можно упомянуть и Павла Карабанова, основателя русского народного театра. Уже в недавнее время дом оказался под угрозой сноса – московское правительство захотело построить тут гостиницу. За памятник эпохи вступился Архнадзор, но пока трудно сказать – удастся ли отстоять это здание.

Яков Самойлович Рабинович родился в 1900 году в Херсоне. В Москву он перебрался в начале 1920-х годов.
В возрасте 30 лет Рабинович стал директором Всесоюзного электротехнического института им. В.И. Ленина (ВЭИ), которым руководил до 1937 года. В 32 года он защитил докторскую диссертацию. Как и многие хорошие инженеры в начале индустриализации был направлен в Америку набираться опыта.

При директоре Рабиновиче специалисты института впервые в мире разработали модель сетей переменного тока и методы расчетов устойчивости параллельной работы электрических систем, провели первую в СССР телетрансляцию на разработанном ими же оборудовании. Рубиновые звезды Кремля были разработаны и изготовлены в ВЭИ.
К моменту ареста Рабинович был руководителем группы научно-исследовательских работ Главэнергопрома Наркомата тяжелой промышленности СССР.
Якова Самойловича арестовали 14 мая 1938 года.
«Из рассказов мамы и бабушки я знаю одно существенное обстоятельство, связанное с арестом дяди Яши (так я привыкла его называть по примеру мамы), – пишет нам заявительница, двоюродная внучка Якова Самойловича, Тамара Владимировна Левандовская. – Дело в том, что моя бабушка (сестра Якова Самойловича – ред.) вместе с мамой, которой тогда было 11 лет, как раз гостили в Москве. Остановились у любимого брата и дяди. Заговорились допоздна, и тут зазвонил телефон. Дядя Яша снял трубку и в ответ на слова звонившего произнес: "Здравствуйте, Иосиф Виссарионович". Наивные провинциалки аж застыли от восторга: как же, нашему Яше сам Сталин звонит! Разговор был недолгим. Сталин спросил: "Напомни мне, Рабинович, в каком году ты в Америку ездил?" Тот ответил. Положил трубку и мрачно сказал: "До утра уже никуда не пойдете, но утром быстро уходите в Калошин" (там жила его и бабушки двоюродная сестра). Потом он достал из-под кровати маленький чемоданчик, проверил содержимое, поставил у двери. Позже бабушка поняла: он знал, что кругом творится, не исключал и своего ареста. Теперь мы знаем, что у многих людей были тогда наготове такие "тюремные" чемоданчики. А вот зачем Сталин звонил ночью с таким вроде бы не срочным вопросом, он сестре объяснил: дает время застрелиться. Предупредил, добренький”.
Через 3,5 месяца после ареста Рабиновича приговорили к высшей мере наказания по обвинению в «участии в контрреволюционной террористической организации». Его расстреляли в день оглашения приговора 3 сентября 1938 года. Семье, как водится, сообщили, что Якова Самойловича приговорили к «десяти годам без права переписки».
«И зря сейчас некоторые говорят, что всем в те годы был понятен смысл приговора "десять лет без права переписки", – пишет Тамара Владимировна. – Мой дед был военврачом в погранвойсках, то есть офицером НКВД, и то понятия не имел, что это расстрел. Поэтому ровно через десять лет, когда деда уже перевели в Ленинград, бабушка тайком от него пошла в страшный "Большой дом" на Литейном, добилась приема у какого-то начальника и сказала: "Прошло 10 лет, и я хочу знать, где мой брат". – "Ваш брат враг народа". – "Но он мой брат". – "Вы понимаете, что можете отсюда не выйти?" – "Да, но я хочу знать, где мой брат". И это моя тихая полуслепая бабуля! Кто бы мог ожидать от нее такой гибельной смелости? В конце концов ей сказали, что за плохое поведение в лагере ему продлили запрет на переписку. После смерти Сталина, когда начали возвращаться "оттуда", бабушка послала запрос. Я была маленькая, но мне почему-то твердо помнится, что в приемную Ворошилова. Быстро пришло письмо, что запрос принят, но придется подождать, потому что таких запросов множество. Когда, наконец, пришел ответ, там было сказано, что якобы он в том же 1938-м умер по пути в ссылку. Увы, после смерти деда и бабушки я в их бумагах ничего не нашла, но ответ этот видела своими глазами и разговоры взрослых по его поводу прекрасно помню”.
О том, что двоюродный дед был расстрелян в 1938 году, Тамара Владимировна узнала много позже. Ни одной фотографии Якова Самойловича в семейном архиве не сохранилось. Ему было 38 лет.
Яков Самойлович Рабинович был посмертно реабилитирован в 1991 году.
16 октября 2016 года на доме была установлена табличка «Последнего адреса».

Фото: Яндекс.Панорамы

***
База данных «Мемориала» содержит сведения еще о троих репрессированных, проживавших в этом доме. Если кто-то из наших читателей хотел бы стать инициатором установки мемориального знака кому-либо из них, необходимо прислать в «Последний адрес» соответствующую заявку.
Подробные пояснения к процедуре подачи заявки и ответы на часто задаваемые вопросы опубликованы на нашем сайте.

Неправильно введен e-mail.
Заполните обязательные поля, ниже.