Санкт-Петербург, Каменноостровский пр-т, дом 44б

| 02.07.2017
Одним из самых эффектных домов Каменноостровского проспекта является бывший доходный дом эмира Бухарского (Каменноостровский пр., 44б). Последний эмир Бухары Сеида-Абдула-Ахад-Богодур-хан в 1910 году приобрел здесь участок для строительства дома своему наследнику Сейид Алим-хану. Проектировал этот неоклассический дом петербургский архитектор Степан Кричинский, принимавший участие в строительстве петербургской соборной мечети. Он жил в этом доме до своей смерти в 1923 году. Доходный дом был построен в 1913-1914 годах, но его владельцам пожить в нем не удалось. До середины марта 1917 года в доме размещался 1-й пулеметный запасной полк Петроградского гарнизона, активно участвовавший в Февральской революции.
В 1920 году в доме получил квартиру известный революционер-народник, политкаторжанин Николай Сергеевич Тютчев (1856-1924). Здесь же жила его младшая дочь Вера Николаевна Тютчева, балерина Оперной студии Консерватории. В 1932 году Вера Николаевна вышла замуж за моряка Вячеслава Семеновича Калитаева, через пять лет, в 1937 году, у них родилась дочь Ирина. Вера Николаевна не взяла фамилии мужа, что, по словам Ирины Вячеславовны, спасло ее от репрессий после его ареста. Этот дом на Кировском проспекте стал для Вячеслава Семеновича последним адресом.

Вячеслав Семенович Калитаев родился в 1899 году в черноморском поселке Бета (Бетта). С детства увлеченный морем, он поступил в мореходное училище в Ростове-на-Дону и, окончив его в 1925 году, поступил на службу в Балтийское морское пароходство. К середине 1930-х годов Калитаев из третьего штурмана дослужился до капитана. Под его руководством на судне «Кооперация» в 1937 году была вывезена из Испании большая группа детей испанских республиканцев. В 1938 году Калитаев вместе с экипажем и пассажирами пережил 48-дневный плен в Японском порту Хакодате, куда они зашли, попав зимой в сильнейший шторм на пути с Камчатки во Владивосток.

В 1938 году Вячеслав Калитаев стал капитаном парохода «Казахстан». Это был лесовоз, построенный в 1937 году во Франции. В арктическую навигацию 1939 года «Казахстан» совершил исключительно сложный, первый в истории северного пароходства прямой рейс из Мурманска в устье Яны. С началом советско-финской войны гражданский пароход стал использоваться в военных целях – для сопровождения других судов или перевозки раненых. Оружием же он был оснащен после начала Великой Отечественной, тогда же к гражданскому экипажу корабля были добавлены военные моряки.
За год до ареста, в 1940 году, Вячеслав Калитаев был награжден орденом «Знак Почета» и медалью «За боевые заслуги».
«Казахстан» участвовал в так называемом «Таллинском переходе» – эвакуации 225 кораблей Балтийского флота из Таллина в Кронштадт в конце августа–начале сентября 1941 года. Таллинский переход по праву считается одной из самых трагичных страниц Великой Отечественной войны. Было затоплено около 60 кораблей, оценки людских потерь разнятся от 5 до 15 тысяч человек, среди них — военнослужащие и гражданское население. О Таллинском переходе пишет военный историк Вячеслав Мосунов: «Многочисленные ошибки, допущенные командованием Балтийского флота в совокупности с успешными действиями авиации, артиллерии и флота противника привели к катастрофически высоким потерям в корабельном составе и в людях. Как это обычно бывает, большая трагедия распадается на много маленьких. И одна из самых страшных трагедий после гибели людей – это несправедливость, которую признают лишь постфактум, когда ничего исправить уже нельзя. История спасения транспорта «Казахстан», единственного крупного корабля, уцелевшего во время перехода, является отличным примером такой несправедливости».


транспорт «Казахстан» (источник фото)

«Казахстан» вышел из Таллина с грузом и тремя с половиной тысячами военнослужащих на борту. 29 августа 1941 года во время авианалета капитан судна Вячеслав Калитаев был выброшен взрывной волной за борт. По признанию судебно-медицинской экспертизы, он был контужен, и в момент катастрофы находился в бессознательном состоянии. Однако 12 сентября 1941 года выходит приказ Сталина «О действиях в бою экипажа парохода «Казахстан» № 303». В нем отмечается «самоотверженность и беззаветная преданность Родине» оставшихся на судне моряков, там же — приказ «судить со всей строгостью законов военного времени капитана Калитаева В.С., помполита Желтова И.Ф. и лиц судоэкипажа, перед лицом врага дезертировавших с судна и бросивших его на произвол судьбы в момент, когда оно находилось в большой опасности».
Калитаев был арестован 25 сентября 1941 года. Через четыре дня, 29 сентября 1941 года Военный трибунал Ленинградского морского гарнизона приговорил его к расстрелу с конфискацией имущества. Приговор был приведен в исполнение 2 октября 1941 года.
Двадцать лет лет имя гражданского капитана дальнего плавания, пострадавшего во время тяжелейшего перехода и авианалета, было связано с необоснованным обвинением в трусости, и лишь в 1961 году состоялся пересмотр его дела. Военный трибунал обратился к показаниям самого Калитаева: «Калитаев в предъявленном ему обвинении по ст. 59–3 в ч. II УК РСФСР виновным себя не признал и показал, что 29.8.1941 утром, во время налета вражеской авиации, он находился в рулевой рубке у раскрытого окна. Ввиду того, что все орудия, находящиеся ниже мостика, открыли огонь, он никаких сигналов не слышал, тем более, что в это время был занят управлением судном. Не слышал он и разрыва бомб. Когда же внезапно раздался треск ломающегося потолка рубки, он потерял сознание, а затем на какое-то время очнулся лежащим на правой стороне мостика, будучи окровавленным. Окончательно пришел в сознание уже в воде, где был подобран подводной лодкой». Имеющиеся в следственном деле объяснения свидетелей — бригадного комиссара и кочегара парохода, а также результаты судебно-психиатрической экспертизы показали, что обвинения капитана Калитаева в трусости не имеют под собой оснований, что «он был волевым капитаном, не терялся в сложной обстановке».
Вячеслав Семенович Калитаев был реабилитирован в 1961 году, однако его следственное дело, хранящееся в Центральном архиве Минобороны, находится на секретном хранении и по сей день недоступно для ознакомления даже его дочери.
К сентябрю 1941 года Ирина Вячеславовна с мамой уже были в эвакуации. Получив вызов от соседей по коммунальной квартире, они смогли вернуться в Ленинград в 1944 году, через суд добились права вернуться в свою комнату. Вплоть до реабилитации отца в 1961 году Ирина Вячеславовна считала его пропавшим без вести на войне, и никто из 30 соседей, живших в коммунальной квартире на Кировском проспекте, не проговорился ей об аресте отца – информации, от которой Вера Николаевна ее тщательно уберегала.
2 июля 2017 года Ирина Вячеславовна Калитаева закрепила табличку на доме, ставшем для ее отца последним адресом.

Документы следственного дела Церемония установки таблички
«Последнего адреса»

Фото: Ольга Субботина

***
Книга памяти "Ленинградский мартиролог" содержит сведения о еще четверых  репрессированных, проживавших в этом доме. Если кто-то из наших читателей хотел бы стать инициатором установки мемориального знака кому-либо из этих репрессированных, необходимо прислать в «Последний адрес» соответствующую заявку.
Подробные пояснения к процедуре подачи заявки и ответы на часто задаваемые вопросы опубликованы на нашем сайте.



Неправильно введен e-mail.
Заполните обязательные поля, ниже.
Нажимая кнопку «Отправить» вы даете согласие на обработку персональных данных и выражаете согласие с условиями Политики конфиденциальности.