Санкт-Петербург, улица Чехова, 1
На карте

| 19.05.2019

Доходный дом на углу улицы Чехова (№ 1) и Жуковского (№ 12) был построен в 1852 году. Это типичнейший пример петербургской эклектики середины XIX века, подобные дома образуют так называемую фоновую, или рядовую, жилую застройку исторического центра Петербурга, его ландшафт. Дом дошел до нашего времени без изменений.


В этом доме долгое время проживал Василий Яковлевич Андреев. Он родился в 1874 году в Петербурге в семье дворянина. Дослужился в царской армии до чина подполковника. Много лет работал фехтмейстером большинства театров Ленинграда и постановщиком батальных сцен для кино.

Андреев - один из создателей Государственного театрального музея, основатель Музея цирка и эстрады в Ленинградском цирке. Этот музей стал первым в мире музеем циркового искусства и до сих пор остается единственным крупным собранием циркового наследия в России, насчитывающем более 135 тысяч единиц хранения, из которых 600 передал в музей Андреев.

Василий Андреев был арестован 2 марта 1935 года и всего через два дня, 4 марта по постановлению Особого совещания при НКВД СССР как «социально-опасный элемент» сослан в Астрахань на пять лет. В Астрахань он прибыл 1 апреля 1935 года, работал там заведующим бюро организованного зрителя Астраханского госцирка. Жил в Астрахани по адресу: ул. Советская, д. 8, кв. 8.

В 1936 году из астраханской ссылки Василий Андреев пишет заявление в НКВД. В нем он подробно описывает свой творческий и профессиональный труд и просит разрешить ему вернуться к горячо любимому делу: «В прошлом я подполковник военно-учебного ведомства (воспитатель и преподаватель), но прошу учесть, что одновременно уже с 1897 года работал беспрерывно в горячо любимом мною театре, которому отдавал все свое время, силы, знания; работу эту я беспрерывно продолжал в Советском театре вплоть до моей высылки в Астрахань.

Оценку моей работы дают прилагаемые ниже отзывы театральных коллективов – Гос.Театра Драмы (б. Александринского), балетной труппы Гатоба (б. Мариинского театра), Гос. Театра Юных Зрителей. Свидетельствуют о том же Музеи – Ленинградских Академических театров, Музей Цирка и Эстрады, Русский Музей. И, наконец, персонально отзывы высококвалифицированных, высоко оцененных Правительством и общественностью лиц, как то: Народные Артисты Республики В.Э. Мейерхольд, Ю.М. Юрьев, Заслуженный деятель искусств А.А. Брянцев, Заслуженные артисты С.Э. Радлов, П.П. Гайдебуров, В.В. Максимов, Режиссер Большого театра СССР Н.В. Смолич, кино-артист и режиссер Б.П. Тамарин.

В Кадетский корпус я был отдан на казенный счет в 1884 году, вследствие нужды моей матери – вдовы, всю жизнь свою, как только я начинаю ее помнить, сначала работавшей переписчицей, позже журналисткой Управления железных дорог; отца потерял я пяти лет.

Настоящим моим интересом, то, над чем самоотверженно я работал с юных лет, был театр, ему служу я официально уже с 1897 года, т.е. 37 лет. Работал здесь я по совершенно новому, мною же созданному делу, театрального фехтмейстера, для чего с юных лет, часто во многом себе отказывая, собирал и у нас, и заграницей специальные материалы, свои же знания и опыт передавал молодежи, подрастающим театральным кадрам.

За 37 лет беспрерывной моей театральной работы в Ленинграде нет и не было ни одной серьезной театральной студии или школы, где бы я не преподавал, в Ленинграде нет ни одного крупного театра, где бы я не ставил массовых, батальных или фехтовальных сцен; за свою работу в них на сцене Александринского театра торжественно, при всей труппе и при переполненном зале, в 1924 году я был удостоен высокого звания "Героя труда", с выдачей мне соответствующей грамоты.

В бытность мою еще на военной службе, но горячо интересуясь искусством и его историей, я в 1897 году окончил Государственный Археологический Институт, после него два года бесплатно работал в Средневековом Отделении государственного Эрмитажа, изучая материалы по истории оружия по его подлинникам, применяя все свои изыскания для фехтмейстерского дела в театре.

В 1918-1919 году, по поручению Управляющего Гос. Академическими театрами я работал, полгода даже не получая зарплаты, по созданию Музея Академических театров и, наконец, уже по моей инициативе и исключительно моими трудами, создан в 1928 году единственный не только в нашем Союзе, но и во всем мире Музей цирка и эстрады, по образцу которого только сейчас еще собираются строить подобный музей в Париже, для чего, по их просьбе Ц.К. Рабис поручил мне ознакомить Париж с нашим методом музейной работы, что и было мною исполнено незадолго до высылки меня в Астрахань. Выставками Музея Цирка я обслуживал не только рабочего зрителя Ленинграда, но вызывался также для этой цели в Москву, и за свои выставки в 1931-32 году мне была объявлена благодарность и в 1933 году был премирован 300 рублей. В 1934 году я был вызван в Одессу, где в Госцирке открыл постоянную выставку «Эволюция циркового искусства»; к десятилетию Октября мною был построен выставка-щит на тему «Путь Советского Цирка» и к юбилейному дню разослан на периферийные Госцирки "Гомэц".

В 1934 году с устроенной мною выставкой о цирковом искусстве я выезжал на время обеденных перерывов на заводы и предприятия.

В обвинении сказано, что я высылаюсь как дворянин, полковник и монархист. Отсутствие средств в моей семье сводило на нет права и преимущества моего дворянского звания. Что касается того, что я, горя душой к театру, не оставил военной службы, объясняется тем, что дореволюционный театр в недостаточной мере оценивал всю серьезность моей специальности и не давал мне достаточных средств для существования, и только лишь в условиях культурного роста при Советской власти я получил полную возможность нераздельно отдаться театру, широко развернуть свою работу как в самом театре, так и в театральных учебных заведениях, в цирке и в театрально-цирко-музейном строительстве.

Ни в каких организациях, союзах, кружках, которые характеризовали бы меня как монархиста, я не участвовал, не состоял. У низшего персонала служащих тех учреждений, где работал, заслуживал всегда любовь и уважение и еще до революции, в 1914 году в I кадетском корпусе был избран, одним из всех служащих, почетным членом "Общества служителей, их вдов и сирот", а в 1918 году из Петропавловской крепости и Кронштадтской военной тюрьмы, куда был заключен в порядке массовых репрессий против бывших офицеров, освобожден был по настойчивому обо мне ходатайству плотников Александринского театра и служителей и солдат Первого кадетского корпуса. Наконец, если бы я был монархистом, то проверенные Советской властью работники, непосредственно и ежедневно соприкасающиеся со мной по работе, не могли бы дать мне оценку, как нужному работнику, как работнику, заслуживающему представления к высокому званию Заслуженного деятеля искусств, и считать меня общественником и ударником.

Всю мою жизнь я отдал театру, самые глубокие интересы связаны были у меня с ним и с его эволюцией. Моей настоящей средой, то, с чем я связан был в своей главной работе, был трудовой театральный коллектив, а не военная дореволюционная среда.

Твердо веря в справедливость Советской власти, на основании всего вышеизложенного прошу мое дело пересмотреть, учесть приложенные отзывы и на основании их поверить, что идеологически я не являюсь "чуждым" элементом, протестуя всеми силами против причисления меня к "социально-опасному" и прошу полной реабилитации.

Прошу разрешить мне вернуться к горячо любимому делу, которому отдал всю свою жизнь, весь свой опыт и знания, на культурное строительство Советского театра и его подрастающих кадров».

Ответом на это письмо стал новый арест Василия Яковлевича, который случился 14 октября 1937 года. На этот раз Андреева обвинили в том, что «на протяжении 1936 и 1937 годов он систематически вел антисоветскую агитацию и распространял контрреволюционные провокационные слухи и клевету». 13 ноября 1937 «тройка» УНКВД Сталинградской области приговорила его к восьми годам исправительно-трудовых лагерей.

Андреев умер 7 февраля 1942 года в Унжлаге НКВД в Горьковской области. Ему было 63 года.

Василий Яковлевич Андреев был реабилитирован в 1989 году.

Благодарим Музей циркового искусства за предоставленные материалы.

Документы следственного дела Церемония установки таблички
«Последнего адреса»

Фото: Лариса Мелихова


***
Книга памяти "Ленинградский мартиролог" содержит сведения еще о трех репрессированных, проживавших в этом доме. Если кто-то из наших читателей хотел бы стать инициатором установки мемориального знака  кому-либо из этих репрессированных, необходимо прислать в «Последний адрес» соответствующую заявку.
Подробные пояснения к процедуре подачи заявки и ответы на часто задаваемые вопросы опубликованы на нашем сайте.

Неправильно введен e-mail.
Заполните обязательные поля, ниже.
Нажимая кнопку «Отправить» вы даете согласие на обработку персональных данных и выражаете согласие с условиями Политики конфиденциальности.