Санкт-Петербург, 6-я линия Васильевского острова, 43
На карте

| 03.08.2019

Шестиэтажный доходный дом № 43 на 6-й линии Васильевского острова был возведен в 1913-1914 архитектором Д.А. Шагиным на месте небольших деревянных и каменных построек. В этом доме как минимум с 1923 года жил литератор, певец и актер Григорий Фабианович Гнесин. За свои 54 года он успел пожить в разных странах и городах, но именно в этом доме он провел последние 15 лет жизни, и этот дом стал его последним адресом.

Григорий Фабианович Гнесин, младший брат в музыкальной семье Гнесиных, родился в 1884 году в Ростове-на-Дону. Как и другие девять детей в семье раввина Фабиана Осиповича Гнесина и Беллы Исаевны Флетзингер, Григорий принял христианство. Учиться он начал в Ростове, затем, единственный из семьи, переехал в Петербург, где поступил в Технологический институт на химика.

Обложка первого издания книги
«Воспоминания бродячего певца»
(Издание М. Семенова, Петроград, 1917

Прожив в Петербурге совсем недолго, Григорий отправился в Европу, где учился в университетах Дармштадта и Женевы. В 1903 году, в 19-летнем возрасте, он приехал в Италию, где провел полтора года: учился пению, играл в передвижных труппах. Об этом периоде своей жизни Григорий Гнесин в 1917 году издал книгу «Воспоминания бродячего певца».

О любви Григория Гнесина к Италии пишет историк и инициатор установки таблички Михаил Талалай: «Стояла та легкомысленная атмосфера, которую в Европе называют «belle époque», «прекрасная эпоха». И Гнесин с гитарой и со шляпой, куда ему бросали сольди, объехал всю Италию. И столько было у него кипучей музыкальной молодой энергии, что он из Италии даже переплыл «Сицилийский канал», как итальянцы его называют, хотя на самом деле это море, и в Африке побывал, в Тунисе. Но там он оставался недолго, вернувшись обратно в полюбившуюся ему страну. Причем настолько ему полюбилась Италия, что в одном пассаже в этой книге он пишет, как однажды пел в группе итальянских музыкантов, и к нему подошла одна слушательница-француженка и сказала: «Какие вы, итальянцы, молодцы! Только итальянцы могут так петь!» И он комментирует: «Я не стал ее разочаровывать, потому что мне действительно кажется, что я родился в Италии»».

В 1905 году Григорий Гнесин вернулся в Россию. Он учился пению в Петербурге, участвовал в различных любительских и профессиональных спектаклях как драматический артист. Михаил Талалай продолжает: «Григорий – прекрасный певец, он на лету схватывает любые мелодии, интерпретируя их на гитаре. Его знакомят с великим Глазуновым, тот оценил его баритон, и Гнесину устраивают протекцию в Консерваторию».

Обладая химическим образованием и бунтарским характером, Григорий Гнесин не может остаться в стороне от волнений 1905 года – для своих друзей из Консерватории он изготовил дымовые шашки, за что был арестован и некоторое время провел в тюрьме.

Из письма Григория брату Михаилу:

«Я сидел в общей камере, где нас было 68 человек. Теперь ты понимаешь, что выйти оттуда я мог только сумасшедшим. Голос в настоящую минуту не звучит. Тюрьма отозвалась и на нем. <…> Страшно скучно и тяжело. <…> Я стал в такой степени ненавидеть Россию справа налево и обратно, что нет никаких сил оставаться в ней. Что она дала мне, кроме нестерпимых страданий? Она убила во мне последнюю любовь к людям, которой и так во мне было немного».

После тюрьмы Григорию Фабиановичу не было разрешено оставаться в Петербурге, и он уехал в Финляндию. Там, в Куоккале Гнесин общался с Владимиром Маяковским, Всеволодом Мейерхольдом, Корнеем Чуковским. В альбоме «Чукоккала» есть карандашный портрет Григория Фабиановича, нарисованный Маяковским. Там же, в 1909 году Гнесин вступил в партию эсеров.

После Финляндии он снова жил в Италии. В письме из Рима брату Михаилу в мае 1910 года он писал о том, что зарабатывал на жизнь уроками и печатанием на машинке. С 1914 по 1916 год он снова жил в Финляндии, в Куоккале.

С 1916 года Григорий Гнесин работал «агентом хозяйственного дела» Управления работ по постройке Мурманской железной дороги, затем в просветительском отделе. А с 1 апреля 1918 года он заведует театральным отделом Мурманской железной дороги: ставит спектакли, пишет пьесы, музыкальные зарисовки, очерки, переводит с немецкого, итальянского. В его служебном личном деле 1918 года указана гражданская жена – Потемкина Анастасия Михайловна, 32 года, и сын Сергей, девяти лет.

В феврале 1919 года Гнесин эвакуировался в Петроград, а 6 июня 1919 года женился на Марии Владимировне Рудневой, сестре архитектора Льва Руднева. В браке родилась дочь Евгения. Некоторые стихи, адресованные дочери, собраны в «Альбоме Жени Гнесиной», хранящемся в Музее Елены Гнесиной: «Эти короткие и простые стихи полны юмора, нежности и любви к дочери, радостного, детски-наивного восприятия жизни и природы. Например:

"Мой маленький, мой славный песик.
Тебе здесь мягко и тепло.
Но отчего ты поднял носик
И даже смотришь как-то зло?
Ты только осмотрись кругом.
Ты не один попал в альбом.
Здесь превеселая компанья!
Лишь только надобно желанье,
И ты найдёшь себе друзей
Среди цветочков и зверей!"

Эти стихи он писал дочери ("Женюрке") в 1931 году, в совсем не веселый период своей жизни».

В Петрограде/Ленинграде Григорий Фабианович преподавал пение в детском доме, выступал как певец, переводил итальянские песни, писал музыку для детей, работал на радио – вел музыкальную просветительскую передачу «Дядя Гриша рассказывает», заведовал нотной библиотекой Ленинградского радиокомитета. Завзятый библиофил, он собрал большую музыкальную библиотеку, которую подарил Ленинградскому радио.

Из воспоминаний Евгении Григорьевны Гнесиной, опубликованных в Записках Мемориального музея-квартиры Елены Гнесиной:

«Последние годы папа почти не пел. Когда он выступал, то страшно волновался. Все в доме переворачивалось. Он надевал свой старый синий бостоновый костюм, который, конечно, в то время вышел из моды. Я раза три в детстве слышала эти выступления. Мне они нравились намного меньше, чем выступления, которые были дома. По-видимому, от волнения он был более зажат. Весной часто, когда бывали открыты окна и он пел, то со всего двора (у нас двор был замкнутый), из всех окон раздавались аплодисменты. И вот эта невидимая им публика, она ему, пожалуй, доставляла самое большое удовольствие. Он был все-таки, наверное, камерный певец. Пел он и дома, по каким-то праздникам, когда ко мне или к маме приходили гости. Приходили редко, обычно на большие праздники, в основном на мои именины, Рождество и мамин день рождения. Петь он обычно начинал с неаполитанских песен, с ними он когда-то вернулся из Италии. Обычно в его комнате гасился свет, он садился за рояль: любимая его поза – руки на рояль, голова откинута, глаза закрыты. Рояль стоял около самой двери в столовую, где все сидели за столом. Пел он не для нас. Он пел для кого-то из той давней жизни, которая у него самого осталась как самое светлое воспоминание, он пел кому-то там в далекой Италии. И ему не хотелось даже нас видеть, чтобы не переключаться к действительности».

Григорий Фабианович Гнесин был арестован 2 ноября 1937 года. Его обвинили в «шпионаже в пользу Латвии» (ст. 58-6 УК РСФСР), «вредительстве на Балтийском заводе» (ст. 58-7), «контрреволюционной деятельности в нотной библиотеке Ленинградского радиокомитета» (ст. 58-11). Комиссия НКВД и Прокурора СССР (иными словами, «двойка») 26 января 1938 года приговорила его к расстрелу, а 4 февраля 1938 года Григорий Фабианович Гнесин был расстрелян в Ленинграде. Ему было 54 года.

Михаил Талалай: «После его ареста и расстрела жена Мария и дочь Евгения были сосланы в Башкирию. Дочь по малолетству сумел вытащить обратно в Ленинград ее дядя архитектор Руднев, и вдове тоже удалось вернуться. Им, конечно, не говорили правду, хотя Гнесины были на виду, это ведь орденоносцы, люди, которые были лично знакомы со сталинской элитой. Они не смогли предотвратить расстрел, но сумели вытащить из ссылки вдову и дочь. Вдова умерла во время ленинградской блокады в 1942 году, дочери в 1943 году удалось попасть на Большую землю. Евгения Григорьевна Гнесина затем жила в Москве, где и скончалась в 2014 году. Обрывки писем, рукописей Гнесина увезли с собой дочь и брат Михаил, который участвовал в спасении библиотеки и личных вещей. Это попало в Москву, а в 1995 году было передано Евгенией Григорьевной в Музей-квартиру Елены Гнесиной».

В 1956 году Григорий Фабианович Гнесин был реабилитирован Военной коллегией Верховного суда СССР, но до конца 1980-х годов имя этого разносторонне одаренного, увлеченного жизнью и работой человека было вычеркнуто из истории.

В конце 1980-х в Москве состоялся первый вечер памяти Григория Гнесина. В 1997 году была переиздана его книга «Григорий Гнесин. Воспоминания бродячего певца. Очерки Италии». В 2014 году, к 130-летию со дня рождения, в Мемориальном музее-квартире Елены Гнесиной прошла выставка «Бродячий певец Григорий Гнесин». В 2019 году выходит сборник работ Григория Гнесина, составленный музыковедом Андреем Гапоновым, директором Музея-квартиры Елены Гнесиной. По словам Михаила Талалая, «в книгу войдет филологически выверенное переиздание "Воспоминаний бродячего певца", две радиопьесы – "Верди", "Паганини" - и сатирическая пьеса "Хлюнь. Плюнь. Тьфу", высмеивающая друзей Гнесина по Серебряному веку. Туда же вошел ряд пьес и стихотворений, которые сохранились в архиве дочери Евгении и попали в результате в Музей-квартиру Елены Гнесиной».


При работе над статьей использованы публикации Радио Свобода, Музея-квартиры Елены Гнесиной, интернет-журнала “Лицей”.


Фото: Дарья Захарова




Неправильно введен e-mail.
Заполните обязательные поля, ниже.
Нажимая кнопку «Отправить» вы даете согласие на обработку персональных данных и выражаете согласие с условиями Политики конфиденциальности.