Прага, Революционная улица, 724/7 (ul. Revoluční 724/7, Praha 1 Staré Město)
На карте

| 26.06.2020

В этом доме жил театральный и литературный критик, историк, журналист Завиш Каландра.

Завиш Каландра родился в 1902 году во Френштате-под-Радгоштем в семье врача Бржетислава Каландры и его жены Элеоноры, урожденной Фишеровой. У них было четверо детей: кроме Завиша еще два сына, Бржетислав и Душан, и дочь Драгомира.

Еще в гимназии Завиш увлекся общественной жизнью и левыми идеями. Предвестником будущей журналистской карьеры стала его попытка издавать школьный журнал левой направленности. В этом ему помогал его одноклассник Олдржих Пецл. Через много лет они вместе окажутся на скамье подсудимых (наши коллеги из общественного движения «Poslední adresa» установили Пецлу памятный знак в октябре 2019 года).

В 1921 году, окончив гимназию, Каландра продолжил обучение на Философском факультете Карлова университета по специальности «классическая филология и философия». В эти годы он активно участвовал в работе коммунистической студенческой фракции (Костуфра) и в 1923 году вступил в коммунистическую партию.

После окончания университета Завиш Каландра сотрудничал в партийной прессе, был главным редактором «Руды вечерник» («Rudý večerník») и «Руде право» («Rudé právo»). Но со временем у Каландры, человека пытливого ума, начинает складываться критическое отношение к коммунистической доктрине.

Завиш с Людмилой на прогулке

В 1932 году вышла в свет первая книга Каландры «Запрещенная Женева» (Zapovězená Ženeva»). Окончательный разлад с компартией произошел у него в 1936 году в связи с первыми московскими процессами и репрессиями против ближайших соратников Ленина. Каландра, все еще стоявший на позициях верного ленинца, не мог смолчать, когда в Москве убежденных большевиков Зиновьева, Каменева и Бухарина объявили контрреволюционерами и врагами. По адресам подписчиков газеты «Руде право» он разослал листовки без подписи с критикой этого судебного процесса. А в августе 1936 года Каландра вместе с бывшим коллегой из «Руде право» Гутманом опубликовал брошюру «Раскрытые тайны московского процесса» («Odhalené tajemství moskevského procesu»). Еще до этого его исключили из партии и обвинили в троцкизме. При этом настоящим троцкистом Каландра не был, хотя и общался с Вольфгангом Салюсом, личным другом и последователем Троцкого.

В поисках альтернативы коммунизму сталинского типа во второй половине 1930-х годов Каландра объединил вокруг себя нескольких друзей в своего рода партийную фракцию, которую назвал «жижковской» - по имени одного из районов Праги. В 1937-1938 годах эта группа выпускала журнал и газету на темы рабочего движения.

Расхождение с партией и уверенность в том, что необходимо более широкое надпартийное сотрудничество против фашизма, привели Каландру в 1937 году к работе в иллюстрированном журнале «Светозор» («Světozor»). В те же годы он писал в издание Фердинанда Пероутки «Пршитомност» (Přítomnost ― «Настоящее»), участвовал в составлении «Энциклопедии новостей» (Naučného slovníku aktualit).

Помимо политики, Каландра увлекался психоанализом и философией Шопенгауэра. Он был участником кружка сюрреалистов, в 1935 году написал статью о творчестве Андре Бретона («Čin André Bretona»). С сюрреализмом связан и интерес Каландры к чешской мифологии. В довоенные годы он приступил к своему масштабному историческому труду «Чешское язычество» («České pohanství»). Первую часть рукописи конфисковало гестапо, и только в 1947 году Каландра смог завершить эту монографию. С сюрреалистическим периодом будет связана и последняя его работа - незаконченное исследование «Реальность сновидения» («Skutečnost snu»).

Понимая необратимость нацистской угрозы, Каландра не стал уезжать из оккупированной Чехословакии – он не смог оставить свою подругу, художницу Людмилу Рамбоускую, друзей-интеллектуалов. В их круг входила и Милена Есенская – писательница и публицист, возлюбленная Франца Кафки. Вместе с ней Каландра участвовал в группе сопротивления «В бой» («V boj»), в задачу которой входила организация переходов через границу в Польшу. Гестапо не знало об этой деятельности, но в сентябре 1939 года оно арестовало Каландру из-за его коммунистического прошлого. Войну он провел в концлагерях Равенсбрюк и Заксенхаузен.

После освобождения Каландра не хотел больше участвовать в политической жизни и целиком посвятил себя науке и писательскому труду. Позже его знакомые вспоминали, что он окончательно разошелся с коммунизмом и неоднократно предостерегал от «Советов и их мстительности». Политически он было близок к чехословацким национал-социалистам, о чем свидетельствуют его публикации в их периодической печати. В эти годы возобновилось его общение с друзьями юности – писателем Ладиславом Новомеским и Олдржихом Пецлом. Так он оказался в кругу людей, которые после февраля 1948 года и прихода к власти в ЧССР коммунистов привлекли к себе пристальное внимание госбезопасности. Новая власть готовила крупнейший политический процесс, нацеленный на устрашение всех критиков недавно установленного порядка.

Завиш Каландра был арестован при странных обстоятельствах, как будто случайно. 7 ноября 1949 года полиция пришла за Арноштом Унгаром, другом и родственником Каландры (первая жена Унгара и жена Каландры были сестрами). В момент ареста Каландра зашел к жившему неподалеку от него Унгару.

После ареста главными темами допросов Каландры были его «троцкистское» прошлое и контакты с Новомеским и Пецлом. Каландру через Пецла следователи связали с «нелегальной группой национал-социалистов», которая, по их версии, организовала «масштабный прозападный шпионаж».

В результате многочасовых изнурительных допросов, где следователи сменяли друг друга, им удалось добиться от Каландры лишь признания в том, что он «противодействовал базовым интересам промышленности».

Каландра предстал перед государственным судом в июне 1950 года в числе группы из 13 человек, объявленных руководителями незаконного заговора. Процесс занял несколько дней - с 31 мая по 8 июня 1950 года. Сохраненная звукозапись судебного заседания 3 июня 1950 года, на котором Завиш Каландра дал показания, свидетельствует о том, что он остался несломленным. На абсурдные обвинения он реагировал с иронией и сарказмом.

Вместе с Миладой Гораковой, Олдржихом Пецлом и Яном Бухалым Каландра был приговорен к смертной казни. Просьба о помиловании, с которой его жена обратилась к президенту, не помогла.

Перед казнью Завишу Каландре разрешили в последний раз поговорить с женой и передать ей рукопись «Реальности сновидения», над которой он работал и в заключении.

Приговор был приведен в исполнение 27 июня 1950 года в пять часов утра: четверо осужденных были повешены во дворе пражской тюрьмы Панкрац.

Казнь Завиша Каландры вызвала международный резонанс, с протестами выступили французские писатели Андре Бретон и Альбер Камю. В 1960-х годах Комиссия по реабилитации Союза чешских писателей пыталась добиться полной реабилитации Каландры. Однако после событий 1968 года в сложившейся политической обстановке эти усилия не имели шанса на успех.

Реабилитация всех жертв судебного процесса над так называемой группой Милады Гораковой стала возможной только после 1989 года. В 1991 году Завиш Каландра был награжден посмертно орденом Масарика 1-й степени.


Биографическая статья основана на тексте проекта Института по изучению тоталитарных режимов. Автор текста — доктор философии Маркета Долежалова.




Неправильно введен e-mail.
Заполните обязательные поля, ниже.
Нажимая кнопку «Отправить» вы даете согласие на обработку персональных данных и выражаете согласие с условиями Политики конфиденциальности.