Москва, Чистопрудный бульвар, 9, строение 1
На карте

| 28 марта 2021

До 1930-х годов на месте нынешнего дома № 9 по Чистопрудному бульвару стояли два трехэтажных здания 1870-1880 годов постройки. В 1936 году архитектор М.С. Шерфединов приступил к перестройке этих домов, добавив им еще несколько этажей и заполнив пространство между ними пятиэтажным зданием, в результате чего появился этот комплекс в неоконструктивистском стиле, строительство которого было закончено в 1941 году.

В базах «Мемориала» есть несколько имен, связанных с этими домами. В ноябре 2020 года мы установили здесь первый памятный знак. Сегодня на фасаде этого дома появилась еще одна табличка. Заявку на ее установку подал внук репрессированного Александр Пригожин.

Наум Осипович (Иоселевич) Пригожин родился в 1894 году в Вильне в семье служащего. Родители были родом из Орши. Его отец был контролером городской конки. В семье было три сына и две дочери.

В Вильне он закончил гимназию и через какое-то время переехал в Москву, где поступил на юридический факультет Московского университета, но окончил всего два курса. С 1915 по 1917 годы он служил в царской армии, последний чин – прапорщик.

С 1919 по 1922 год Пригожин служил в Красной Армии, был военным следователем в Реввоентрибунале, членом коллегии войск Донской области. В 1920 году он вступил в РКП(б).

В 1926-1927 годах Наум Осипович примкнул к левой оппозиции, подписал троцкистскую «платформу 13-ти». В это время он работал заместителем председателя Московского губернского суда.

В первый раз Наума Осиповича арестовали 3 февраля 1928 года «в связи с исключением из партии за фракционную работу», но в скором времени дело было прекращено, и Пригожина отпустили. Тогда же был задержан и муж его младшей сестры Любови Осиповны профессор политэкономии Михаил Петрович Бурцев (расстрелян 8 марта 1937 года по обвинению в «участии в троцкистско-зиновьевской террористической организации и подготовке теракта против Сталина», памятный знак ему «Последний адрес» установил в ноябре 2020 года), который с семьей – женой и двумя дочерьми – жил в том же доме, что и Пригожин.

В 1931-1933 годах Пригожин работал на Сталиногорском химкомбинате, тогда же он был исключен из партии «как неразоружившийся троцкист», но через какое-то время был восстановлен.

С 1934 по 1935 годы он был начальником Азотснаба, затем – заместителем управляющего Всесоюзной конторы «Азоттехспецснаб», состоял в резерве Наркомата юстиции СССР. В начале января 1936 года его вновь исключили из партии «как неразоружившегося троцкиста». А 11 января 1936 года Наума Осиповича арестовали и обвинили в «контрреволюционной троцкистской деятельности».

«Деда забрали в январе 1936 года, - пишет его внук Александр. - Моему отцу было 12 лет. Они сидели и играли в шахматы, когда постучали в дверь. Наума Осиповича вывели через подъезд в сторону бульвара, посадили в машину. Увезли. Навсегда. Отец говорил мне: „Ему же было холодно, он был в рубашке с короткими рукавами...“. Это было время, когда в большом доме с арками по другую сторону от бульвара по вечерам зажигалось все меньше и меньше окон».

В характеристике, которую 21 января 1936 года подготовили руководители «Азоттехспецснаба», говорится, что Наум Осипович «на хозяйственной работе проявил себя способным работником, справился с поставленной перед ним задачей, <…> в политической жизни был активен. Определенной партийной работы не нес ввиду того, что как бывшему троцкисту ему не поручали ни пропагандистской, ни агитационной работы. <…> В антипартийных поступках он у нас не был замечен».

Уже через два дня после получения этой характеристики уполномоченный ОО Сокольнического р/аппарата УГБ УНКВД МО Мулов подготовил обвинительное заключение, в котором, в частности, говорилось: «В 1927 году вел активную фракционную троцкистскую борьбу против партии, посещал нелегальные фракционные собрания на которых присутствовали Троцкий и Радек, подписывал платформу «13», <…> как троцкист не разоружился, до последнего времени поддерживал связь с активными троцкистами…».

22 февраля 1936 года Пригожина приговорили к трем годам исправительно-трудовых лагерей. Срок он отбывал в Сиблаге, на лагпункте «Усть-Утиная» ОЛП Управления горно-промышленного строительства, работал чернорабочим.

11 сентября 1937 года Пригожин был арестован повторно в лагере. Через месяц с небольшим тройка при УНКВД по Дальстрою приговорила его к высшей мере наказания «за активную контрреволюционную подрывную троцкистскую деятельность». Пригожин был расстрелян 26 октября 1937 года в Нагаево (Магаданская область) в числе большой группы «неразоружившихся» оппозиционеров, среди которых были и участники протестных акций политзаключенных в порту Нагаево во время их этапирования в лагерь из Владивостока в 1936 году. Это был массовый расстрел, в котором в один день были казнены сразу 47 человек, еще 10 человек были расстреляны чуть позже. Расстрелы проводились в Магадане, в тюрьме «Серпантинка», и непосредственно на лагпунктах Севвостлага. Где именно был расстрелян Пригожин, узнать пока не удалось.

Пригожину было 43 года. У него остались жена Софья Борисовна и 12-летний сын Владимир.

В 1955 году Софья Борисовна подала жалобу прокурору г. Москвы с просьбой пересмотреть следственное дело мужа. В этом ей было отказано, поскольку «Пригожин осужден как активный троцкист», хотя в определении прокурора и отмечалось особо, что «по делу, кроме показания самого обвиняемого, абсолютно никто не допрошен».

Но уже через год Наум Осипович Пригожин был посмертно реабилитирован по делу 1936 года. На этот раз прокурор учел, что «за свою прошлую троцкистскую работу Пригожин был наказан в партийном порядке, после 1927 года антисоветской деятельностью не занимался – его привлечение к ответственности в 1936 году является необоснованным».

При этом в октябре 1956 года семье была выдана фальшивая справка о смерти, в которой дата была проставлена 11 апреля 1938 года, причиной смерти был указан паралич сердца. И только после реабилитации по второму делу в 1989 году родные получили истинное свидетельство о смерти.

«Деда реабилитировали в 1989 году, моему отцу было тогда уже 66 лет. Более полувека он был сыном «врага народа» и очень хотел узнать, как закончилась жизнь его отца. Несколько лет назад я узнал это из статьи в газете „Аргументы и факты. Магадан“. Дед погиб как герой. Их, 47 человек, положили на глазах друг у друга», - пишет внук Александр.

Репрессированы были и другие члены семьи Пригожиных. Так, младшая сестра Наума Осиповича, жена М.П. Бурцева, Людмила Осиповна, воспитательница детского сада, 29 декабря 1937 года была приговорена к пяти годам ИТЛ, срок отбывала в АЛЖИре (Акмолинском лагере жен изменников Родины), откуда была освобождена 28 февраля 1941 года. Но на свободе она прожила недолго и 7 октября 1941 года погибла под бомбежкой в Калуге вместе со старшей дочерью.

Двоюродный брат Наума Осиповича, Абрам Григорьевич Пригожин, директор Московского института философии и литературы, где учились многие ставшие знаменитыми советские поэты и прозаики, в 1935 году за «связь с членами троцкистской группы» был приговорен к трем годам ссылки, а через год был вновь арестован и приговорен к расстрелу. Он был расстрелян в тот же день, что и М.П. Бурцев – 8 марта 1937 года.

Двоюродная сестра Наума Осиповича, научный сотрудник Музея революции Эсфирь Григорьевна Пригожина 27 декабря 1936 года была приговорена к восьми годам ИТЛ, срок отбывала на Соловках, где менее чем через год, 1 ноября 1937 года, была расстреляна в Сандармохе.

Муж Эсфирь Григорьевны, видный советский историк, китаевед Александр Сергеевич Поляков был трижды арестован за участие в оппозиции: в 1928, 1929 и 1935 годах. 10 февраля 1935 года он был приговорен к четырем годам ссылки в Якутск и по некоторым данным позже попал в Норильлаг, где и скончался в 1940 году.

Документы следственного дела

Церемония установки таблички "Последнего адреса": фото, видео

Фото: Оксана Матиевская

Неправильно введен e-mail.
Заполните обязательные поля, ниже.
Нажимая кнопку «Отправить» вы даете согласие на обработку персональных данных и выражаете согласие с условиями Политики конфиденциальности.