Кирпичный дом по этому адресу был построен в 1887 году, поначалу он был двухэтажным, третий и четвертый этажи пристроены в 1930-х годах. До революции дом принадлежал доктору медицины действительному статскому советнику П.Н. Белоусову.
В этом доме жил со своей семьей инженер-строитель Захар Петрович Филиппов. Сегодня мы установили ему памятный знак. Заявку на табличку «Последнего адреса» подала правнучка Филиппова Анастасия Юрченко.
Захар Петрович Филиппов родился в 1895 году в деревне Бортниково Коломенского уезда Московской губернии в семье, как он написал в анкете арестованного, крестьянина-середняка, которая позже переехала в село Озеры. По свидетельству родных, у матери Захара была своя школа кройки и шитья, отец держал газетный киоск.
Подробности биографии и обстоятельства ареста Захара Петровича приводит его жена Татьяна Васильевна Филиппова в письме на имя прокурора СССР от 14 апреля 1955 года.
По словам Татьяны Филипповой, ее муж «окончил Макарьевское ремесленное училище и свою трудовую жизнь начал с десятника, затем в 1927 году закончил МВТУ (ныне институт им. Баумана), дошел до главного инженера по строительству электростанций». Филиппов строил Каширскую, Северодонецкую, Ивановскую, Днепродзержинскую гидроэлектростанции, начинал строительство Фрунзенской ТЭЦ в Москве. «Он был настоящим строителем в буквальном смысле этого слова, − пишет Татьяна Васильевна, − новатором производства, горел на работе, отдавая себя целиком делу». И добавляет, что рабочие любили его за честное и добросовестное отношение к ним и к работе.
В октябре 1932 года Захар Петрович жил в Москве со своей семьей − матерью Пелагеей Федоровной, женой Татьяной и двумя дочками – почти 4-летней Нонной и 6-месячной Галей – в разгороженной пополам комнате коммунальной квартиры в Скатертном переулке. Трест Центроэнергострой направил его в командировку на строительство Воронежской электростанции ТЭЦ-1, где он трудился в должности заместителя главного инженера с октября 1932-го по январь 1933 года, после чего вернулся домой. А через три месяца, в апреле 1933-го, на стройке случилось ЧП со значительным материальным ущербом: сгорела деревянная торцевая стенка электростанции. Виновником пожара назначили инженера Филиппова. 9 мая 1933 года его арестовали и через месяц приговорили к 10 годам исправительно-трудовых лагерей по статье 58-7 («вредительство, подрыв государственной промышленности в контрреволюционных целях»).
Татьяна Васильевна узнала от мужа, что под давлением непрерывных допросов и постоянно сменяющихся следователей он подписал обвинение и признал ряд нарушений в строительстве. При этом один из пунктов гласил, что предложенный Филипповым же проект замены деревянной торцевой стенки (она-то и сгорела потом в пожаре) на кирпичную не был принят.
Срок он отбывал в Дмитровском исправительно-трудовом лагере, где работал, как опытный инженер, начальником сооружения эксплуатационного поселка 2-го участка Центрального района Дмитлага на строительстве шлюза номер 3 в Яхроме.
В августе 1937 года, в связи с окончанием строительства канала Москва – Волга, Филиппову по ходатайству НКВД сократили лагерный срок до семи лет и шести месяцев, и этот новый срок должен был закончиться в начале 1941 года.
Но 16 декабря 1937 года ему предъявили новое обвинение: «…будучи враждебно настроен против мероприятий партии и правительства, среди заключенных систематически проводил контрреволюционную агитацию с целью расширить свое антисоветское влияние на массы». В качестве доказательства приводились, по показаниям свидетелей, его рассуждения о борьбе Сталина за власть, репрессиях против политической оппозиции, фальсификации выборов и многих других сторонах жизни в СССР. Пытаясь защитить себя, Филиппов на первом же допросе заявил, что эти обвинения «ни на чем не основаны», и отказался «от дальнейших показаний и дачи подписи».
Менее чем через две недели, 30 декабря 1937 года, тройка УНКВД вынесла приговор: высшая мера наказания. 2 января 1938 года Захара Петровича Филиппова расстреляли. Ему было 42 года.
Жизнь семьи Филиппова после его ареста была крайне тяжелой. Жене с двумя маленькими девочками (одной 4, другой около года) и пожилой матери предстояло жить без кормильца. Не менее мучительными для Татьяны Васильевны были душевные страдания. «Много пришлось пережить трудностей и лишений, много было унижений и оскорблений. Как ужасно тяжело быть без вины виноватой». Однако в первые четыре года близкие хотя бы знали, что происходит с их родным человеком, обменивались с ним письмами, даже приезжали к нему. А в декабре 1937 связь внезапно оборвалась. Неоднократные обращения Татьяны Васильевны в высокие инстанции, просьбы о пересмотре дела оставались без ответа. В 1940 году, который − согласно сокращенному сроку − должен был стать последним годом заключения ее мужа, измученная женщина принимает решение: пусть 8-летняя Галя «напишет письмо товарищу Сталину». Если письмо дойдет до него, то, безусловно, «он должен дать распоряжение о пересмотре дела и освобождении Захара». Галя с радостью соглашается подписать письмо, сочиненное мамой от ее имени и с ее слов («Пожалуйста, товарищ Сталин, освободите из тюрьмы нашего папу»), и обе девочки относят его милиционеру на Красную площадь.
Время шло, а семья Захара Петровича по-прежнему ничего не знала. Спустя два года после окончания войны, 19 мая 1947 года, Татьяне Васильевне сообщили в приемной МВД, что ее муж жив и отбывает наказание в дальнем лагере без права переписки, что срок его наказания кончается 30 декабря 1947 года. «Но прошло много времени, − пишет она в упомянутом выше обращении к прокурору СССР, − а от него и о нем нет никаких сведений, несмотря на то, что я неоднократно подавала заявления».
Его реабилитировали в 1956 году. В определении военного трибунала Воронежской области, который рассматривал ходатайство о реабилитации, отмечено, что «обвинение Филиппова было основано на показаниях лиц, которые совместно с Филипповым отбывали наказание в ИТЛ. <…> Показания этих свидетелей не могут быть признаны как бесспорное доказательство того, что Филиппов проводил антисоветскую агитацию среди заключенных, <…> вызывают сомнения в их правдоподобности». Дело было прекращено «за недоказанностью обвинения».
А Татьяна Васильевна получила справку о том, что ее муж, Захар Петрович Филиппов, умер в 1939 году от абсцесса легких.
В 1990 году она скончалась, так и не узнав, что же на самом деле с ним случилось. Только через год дочерям удалось прочитать следственное дело отца в архивах.
Благодарим Вадима Юрьевича Кириченко за предоставленные документы.
