Таганрог, ул. Петровская, 37

| 31.05.2015
Таганрог – третий после Москвы и Петербурга город, в котором «Последний адрес» устанавливает мемориальный знак.

Двухэтажный кирпичный дом по адресу улица Петровская, 37, известный как Дом Краснушкина, представляет собой старинный особняк, построенный предположительно в 1871 году в стиле провинциального классицизма и выполненный с минимумом архитектурных элементов.
Почетный потомственный гражданин Таганрога, дослужившийся до войскового старины Области Войска Донского, Захарий Краснушкин держал в этом доме магазин от фирмы «Петербургская мануфактурная компания», где продавалась различная мужская и женская одежда: сорочки, кофты из шертинга, носовые платки и пр. Часть первого этажа Краснушкин сдавал под магазин мельхиоровых изделий Геннигера, магазин льняных тканей «Биллефельд» и мануфактурный магазин Бештавовых. Второй этаж дома был жилым.
В годы Советской власти первый этаж сохранил свою торговую традицию: в 20-е годы здесь размещались магазин по продаже пуговиц и комиссионный магазин, в 30-е – магазин всесоюзного объединения «Торгсин». Сейчас здесь тоже располагаются различные торговые точки.


Михаил Маркович Бондаренко
В 30-е годы прошлого века в этом доме жил Михаил Маркович Бондаренко.
Михаил родился в 1905 году в бедной крестьянской семье. В 16 лет, после смерти отца, стал фактически главой семьи, в которой, помимо него, было еще двое младших братьев и мать. Юноша работал разнорабочим на Таганрогском металлургическом заводе и параллельно учился на вечернем рабфаке. Получил профессию электрика, работал помощником сталевара. В 1924 году вступил в комсомол и уже через два года стал секретарем заводской комсомольской организации. В 1927 году вступил в партию и был направлен секретарем окружкома комсомола во Владикавказ. Два года учился в Московском коммунистическом университете, затем продолжил партийную работу в Таганроге. В 1935 году, по рекомендации тогдашнего первого секретаря Таганрогского горкома ВКП(б) Степана Варданиана Михаил Бондаренко стал вторым секретарем Таганрогского горкома ВКП(б), курировал промышленность Таганрога.
Успешная партийная карьера 32-летнего Михаила Марковича прервалась в 1936 году с арестом его непосредственного партийного начальника Варданиана, обвиненного в троцкизме. Михаил попросил освободить его от обязанностей второго секретаря до выяснения обстоятельств «дела» и был переведен на хозяйственную работу. 6 декабря 1937 года он был арестован по «делу Варданиана» и перевезен в Ростовскую тюрьму НКВД.
«Отец был по телефону «приглашен» зайти в НКВД на улице Ленинской, пошел туда и не вернулся… А примерно через два часа к нам нагрянули «агалы», как называла их моя мать, энкаведисты… Произвели обыск, ничего не нашли, забрали браунинг – отцу был положен – и «Историю гражданской войны», где все еще были фото уже арестованных и расстрелянных маршалов Тухачесвкого, Егорова, Блюхера. Отца сразу перевели в Ростов. Мать туда ездила, чтобы что-нибудь узнать о судьбе отца, но ничего не могла добиться, часами простаивая в длинной очереди к окошечку в Халтуринском переулке», - писал в своих воспоминаниях сын Михаила Марковича Гарри (Игорь), ставший впоследствии известным советским писателем. Мальчику было всего десять лет, когда отца арестовали.
Через полгода, 19 июня 1938 года, Михаил Маркович, как и Варданиан, был приговорен к расстрелу по 58 статье, а в августе 1938 года арестовали его жену Ксеню Тихоновну. Гарри не забрали в детский дом по счастливой случайности: в это время у них гостила его 18-летняя двоюродная сестра Аня, которая забрала мальчика к себе. В ноябре 1938 года Ксению Тихоновну выпустили из тюрьмы со справкой такого содержания: «По постановлению «Особого совещания» при НКВД СССР от 28 октября 1938 года Бондаренко К.Т. как «социально опасный элемент» взята под гласный надзор сроком на два года, считая срок со дня вынесения настоящего постановления».
О судьбе своего отца Игорь Михайлович узнал лишь в 1956 году, когда Бондаренко был реабилитирован посмертно за отсутствием состава преступления, а в 1957-м восстановлен в рядах КПСС.
«В 90-х мне предоставили возможность ознакомиться с делом папы в архиве Ростовского отделения комитета, — рассказывал Игорь Михайлович. — Меня посадили в комнате со столом и стулом, принесли старую пухлую папку и оставили на несколько часов наедине с документами. Копировать не разрешили. Только читать. Это было ужасно. На фотографии я увидел измученного страшного человека, совершенно не похожего на моего отца. Небритого, с провалившимися пустыми глазами... Судя по протоколам допросов, папу обвиняли во всех смертных грехах. Там была и работа на иностранные разведки, и подготовка к покушению на Сталина, чего там только не было. И папа во всем сознался. Я не стал маме этого всего рассказывать. Она бы не выдержала».

31 мая 2015 «Последний адрес» установил на доме табличку в память о Михаиле Марковиче Бондаренко.

Upd.: в ночь на 3 июня 2015 знак был демонтирован неизвестными лицами (см. публикации KR-News.Ru и Ёрш.Таганрог и др.). «Последний адрес» намерен восстановить украденную табличку.
 

Неправильно введен e-mail.
Заполните обязательные поля, ниже.