Санкт-Петербург, набережная реки Мойки, 71
На карте

| 22.12.2019

Дом № 71/16, находящийся на пересечении набережной реки Мойки и Гороховой улицы, строился архитектором-инженером Александром Гешвендом в течение четырех лет. Зодчему необходимо было включить в новую постройку старое строение, чьи следы сейчас снаружи уже незаметны. В 1880 году новый дом был сдан. Построенный в эпоху эклектики, обращавшейся к прошлому и заимствовавшей оттуда свои черты, этот дом стал носить облик, напоминающий здания итальянского ренессанса, считываемого по облицовке рустом первого этажа, элементам классицистических архитектурных ордеров, сандрикам, модульонам и ряду подкарнизных гирлянд.

На первом этаже этого доходного дома К.Б. Корпуса до революции располагался строительный магазин, где продавались керамические и деревянные изделия из Финляндии. В 2016 году «Последний адрес» и родные расстрелянного повесили на фасаде этого дома табличку в память об Освальде Адамовиче Судере. Сегодня на этом доме появился еще один памятный знак.


Иван Федорович Куразов родился в 1897 году в деревне Марьинское Боровичского уезда Новгородской губернии в крестьянской семье. В 1916-1917 годах он служил в царской армии рядовым. С 1917 по 1918 годы Куразов состоял в партии левых эсеров, но затем перешел к большевикам и с 1918 года (по другим данным, с 1920 года) он – член ВКП(б).

Куразов участвовал в Гражданской войне на стороне красных, а затем до 1927 года служил в Красной армии в высшем политсоставе. В 1924 году он окончил Петроградский/Ленинградский государственный университет. Затем работал в Ленинградском педагогическом институте им. Покровского, где заведовал кафедрой марксизма-ленинизма, затем в Институте связи (тоже завкафедрой), в Ленинградском геологическом институте (ЛГИ) – завкафедрой по диалектике естествознания.

В 1931 году Куразов организовал в только что созданном Центральном научно-исследовательском геологоразведочном институте (ЦНИГРИ) сектор диалектики геологоразведочных наук (СЕДИГЕРАН), который занимался внедрением соцсоревнования и комплексно-бригадного метода работ, вел марксистско-ленинскую учебу специалистов, разработку «марксистско-ленинского понимания возникновения и развития Земли, формаций и фаций, магмообразования, геотектогенеза» и борьбу против проявления «гнилого либерализма к буржуазно-метафизическим теориям, к реакционным специалистам» против «правого оппортунизма» в ЦНИГРИ (цитируется по сборнику «Репрессированные геологи»).

Позже Куразов, к тому моменту уже профессор диамата, перешел работать в Ленинградское отделение Института философии старшим научным сотрудником.

Политические репрессии 1930-х годов не могли не коснуться советских философов: «После января 1931 года, когда было принято написанное Сталиным известное постановление ЦК ВКП(б) о журнале «Под знаменем марксизма», где было сформулировано «обвинение» в «меньшевиствуюшем идеализме», работа Института философии была по существу свеернута. Институт превратился из исследовательского учреждения в идеологическое. Были уволены вообще все сотрудники, начиная с директора академика Деборина», - поясняет доктор философских наук С.Н. Корсаков в статье «Политические репрессии в Институте философии». 

«Масштаб репрессий (в Институте философии. – прим. ред.) легко пояснить следующим подсчетом. Число сотрудников, работавших в Институте на момент его организации, составляло 62 человека. Из них была репрессирована половина: 31 человек, в том числе 20 расстреляны и девять умерли в заключении. Из оставшихся 30 человек четверо были исключены из партии, еще четверо подвергнуты проработкам и уволены, судьбу еще троих проследить не удалось», - пишет С.Н. Корсаков.

Иван Федорович Куразов был арестован 9 января 1934 года по обвинению в «антисоветской агитации и участии в антисоветской организации» (ст. 58-10 и 58-11 УК РСФСР). Особым совещанием при ОГПУ СССР 3 марта 1934 года он был приговорен к трем годам ссылки. 13 марта 1934 года он был выслан в Томск, затем его перевели в город Тара Омской области, где он работал экономистом-плановиком в Тарском Совнаркоме. Его жена Юлия Павловна Куразова работала в геологоразведке. По данным УФСБ Омской области, в это время она «была командирована» в город Акмолинск в Казахстане. Дети Куразовых – 16-летний Николай и 14-летняя Татьяна – оставались жить в Ленинграде, там же жила сестра Ивана Куразова, Олимпиада Федоровна Щипцова.

Здесь, в ссылке, Ивана Федоровича повторно арестовывают 2 сентября 1936 года по обвинению в «контрреволюционной троцкистской агитации». 10 октября 1937 года тройка УНКВД по Омской области приговорила его к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение 13 октября 1937 года. Ему было 40 лет.

Историки и краеведы города Тары полагают, что местом захоронения расстрелянных и умерших в Тарской тюрьме (а их за годы Большого террора насчитывают около 1900 человек) был район улицы 11-я линия, где с 1989 года находят костные останки с пулевыми отверстиями в черепе. Полноценного археологического исследования местности и экспертизы останков за эти годы не производилось.

Иван Федорович Куразов был реабилитирован дважды: в 1956 году Президиум Ленинградского городского суда отменил постановление ОСО при КГПУ о высылке его в Сибирь, а в 1958 году Президиум Омского областного суда отменил расстрельный приговор.


Таблички А.А. Таланкину и И.Ф. Куразову установлены по инициативе историка психологии Натальи Стоюхиной.

Церемония установки таблички "Последнего адреса": фото

Фото: Михаил Князькин
***
Книга памяти "Ленинградский мартиролог" содержит сведения еще о двоих репрессированных, проживавших в этом доме. Если кто-то из наших читателей хотел бы стать инициатором установки мемориального знака кому-либо из этих репрессированных, необходимо прислать в «Последний адрес» соответствующую заявку.
Подробные пояснения к процедуре подачи заявки и ответы на часто задаваемые вопросы опубликованы на нашем сайте.

Неправильно введен e-mail.
Заполните обязательные поля, ниже.
Нажимая кнопку «Отправить» вы даете согласие на обработку персональных данных и выражаете согласие с условиями Политики конфиденциальности.