В начале XX века дом на углу Никольской (ныне Белинского) и Малаховской (Энгельса) принадлежал поляку Ю.Л. Дзимидовичу и имел на тот момент адрес: улица Никольская, 25. Дом был двухэтажный, с каменным первым этажом и деревянным вторым. Весь нижний этаж снимали революционеры–подпольщики. Здесь на кухне был оборудован гектограф. И по вечерам отсюда выносили листовки, которые потом появлялись на стенах домов и на заборах возле заводских проходных. Здесь созывались заседания Екатеринбургского комитета РСДРП. В октябре 1905 года в этой конспиративной квартире поселился «товарищ Андрей» - Яков Свердлов. В советское время в память об этом факте на доме вплоть до его сноса была установлена мемориальная доска.
В 1930-х годах в доме, который находился на этом месте, жила Таисья Дмитриевна Старчак вместе с мужем. В то время дом имел адрес улица Энгельса, 20. Она, как и две ее сестры – Лидия и Агния, – и отец, Дмитрий Наркисович Старчак, стали жертвами политических репрессий. Дмитрию Наркисовичу, Лидии и Агнии в июне 2025 года были установлены памятные знаки, сегодня к ним добавилась табличка с именем Таисьи.
Таисья Дмитриевна Зеленина (Старчак) родилась в 1913 году на станции Хайлин Китайской Восточной железной дороги (КВЖД), где работал ее отец, Дмитрий Наркисович Старчак. Она была младшей из трех дочерей Старчаков.
Таисья окончила девятилетку в Харбине, затем курсы машинисток и стенографисток и бухгалтерские курсы.
В 1931 году Таисья и Агния переехали на постоянное жительство в СССР, в Свердловск (ныне Екатеринбург). Через два года к ним приехала сестра Лидия, а в 1935-м и родители. Таисья работала бухгалтером, а затем контролером в областной конторе Госбанка, в 1932 году она вышла замуж.
2 октября 1937 года в семью Старчаков пришла беда: в этот день сотрудники 3-го отдела УНКВД по Свердловской области арестовали Дмитрия Наркисовича, Лидию и Таисью. Агнию задержали через пять дней, 7 октября.
Семья Старчаков стала жертвой так называемой «харбинской операции», проводимой в соответствии с приказом НКВД № 00593 от 20 сентября 1937 года. Согласно приказу, с 1 октября 1937 года органы НКВД по всей стране должны были приступить к «широкой операции по ликвидации диверсионно-шпионских и террористических кадров харбинцев на транспорте и в промышленности… Операцию закончить к 25 декабря 1937 года».
По версии следствия, Старчак и его дочери, проживая в Харбине, были завербованы японскими разведывательными органами и переброшены на территорию СССР «для ведения шпионской работы». В Свердловске они якобы были «связаны с агентами японской разведки» и «собирали шпионские сведения в пользу Японии». Дочери к тому же «в Харбине вращались в среде фашистской молодежи».
Все четыре справки на арест и обвинительные заключения написаны как под копирку.
Никто из Старчаков не признал своей «вины», все четверо отвергли выдвинутые против них обвинения.
Дмитрий Наркисович был расстрелян 16 ноября 1937 года, его три дочери – 7 января 1938 года.
Муж Таисьи Дмитриевны, Михаил Дмитриевич Зеленин, после ее ареста был исключен из партии и уволен с работы. Он ничего не знал о судьбе жены. Он, как и муж Агнии, Александр Григорьевич Гуляев, предпринимал попытки выяснить, где находится его жена, писал запросы и письма в разные инстанции, в том числе генпрокурору Вышинскому, но ответа не получал. В марте 1940 года он направил заявление на имя прокурора Уральского военного округа Блюмфельда, в котором просил «разобраться с делом» Таисьи Дмитриевны, «проверить правильность ареста и принять соответствующие меры». «Причины ареста моей жены мне до сих пор не известны, за исключением того, что она родилась и жила до 1931 года на КВЖД <…> За время совместной жизни со своей женой в течение пяти лет я ничего компрометирующего ее за ней не видел. Производившие арест в то время люди в настоящее время сняты с работы и, очевидно, понесли соответствующее наказание. Поэтому имеется основание считать, что арест был произведен неосновательно».
Военная прокуратура направила дела Таисьи Дмитриевны и ее родных на проверку, в ходе которой выяснилось, что сведения, на основании которых Старчаки были осуждены, ничем, кроме слов оклеветавших их «свидетелей», не подтвердились.
Тем не менее Таисья Дмитриевна, как и ее сестры и отец, были реабилитированы лишь в 1989 году (Дмитрий Наркисович Старчак был реабилитирован в 1993 году).
