Москва, Оболенский, 9, к. 3

| 14.05.2017
Здание было построено в 1935 году по индивидуальному проекту. Однако новоселам недолго пришлось жить в этом доме. Через два года многих из них заберет «черный воронок». Из пяти расстрелянных жильцов этого дома трое были уроженцами Латвии. В их числе – Мария Карловна Лейко, известная актриса, звезда немецкого немого кино, исполнительница ярких ролей в латышском театре «Скатувэ», женщина, прожившая короткую, но яркую жизнь.

Мария Карловна Лейко родилась в 1887 году в Риге. Ее отец занимался подрядным строительством, мать была домохозяйкой. Девушка рано увлеклась актерским мастерством. Еще учась в Рижской частной школе для девочек, она участвовала в первых театральных постановках, играла в немецком театре «Аполло» и в труппе театрального товарищества Ионатана. В 1908 году ей пришлось срочно уехать за границу вместе с другом, актером и режиссером Янисом Гутером, который увлекся революционными идеями и под угрозой ареста был вынужден бежать. Поначалу они жили в Дании, затем перебрались в Вену, где в 1909 году Мария поступила в Венскую императорскую академию музыкального и драматического искусства. В 1910 году Мария и Янис переехали в Германию. Мария играла в спектаклях Нового театра во Франкфурте, Городского театра в Лейпциге, Мюнхенского камерного театра, Немецкого театра в Берлине (в труппе Макса Рейнхарта). В 1917 году она начала сниматься в немом кино и за 10 лет снялась в 26 картинах.

В 1933 году Мария Лейко покинула Германию после прихода к власти нацистов и вернулась в родную Ригу. Ее дочь Нора в это время жила в Тбилиси – родном городе ее мужа Сулико Чечевая, с которым она познакомилась в 1930 году, когда тот работал в советском посольстве в Берлине. В 1935 году Нора скончалась при родах, и Мария поехала в Тбилиси, чтобы забрать внучку жить к себе. На обратном пути из Тбилиси Мария остановилась на несколько дней в Москве, где директор латышского театра «Скатувэ», основанного в 1919 году учеником и соратником Евгения Вахтангова Освалдсом Глазниексом (Глазуновым), уговорил звезду немецкого немого кино сыграть несколько сезонов в московском театре.
По версии писателя Бориса Миловзорова, составившего подробную литературную биографию Марии Лейко, названную «Звезда опадающих листьев», в доме № 9 по Оболенскому переулку актрису с внучкой поселил лично Яков Петерс, с которым Мария Лейко была знакома в юности. Соратник Джержинского был другом Яниса Гутера. «Петерс встретил Марию с внучкой лично и на служебной машине отвез ее на квартиру, просторную и вполне прилично меблированную. Здесь уже была детская кроватка, в которой малютка Нора прекрасно устроилась», — пишет Миловзоров.

27 ноября 1937 года Яков Петерс был арестован. Через три дня — 30 ноября 1937 года — была издана директива НКВД (приказ № 49990), направленная против латышской диаспоры на территории СССР. С этого момента аресты латышей стали носить массовый характер. Репрессии касались, в первую очередь, политэмигрантов и перебежчиков из Латвии, активистов латышских клубов и обществ. Почти в полном составе были истреблены бывшие «латышские стрелки». Всего по «латышской линии» в годы Большого террора было осуждено 21 300 человек из них 16 575 приговорены к расстрелу.
Не обошли тотальные аресты и труппу латышского театра “Скатувэ”. Последний спектакль, в котором выступили только актрисы, поскольку практически все актеры уже были арестованы, состоялся 8 декабря 1937 года. В конце декабря театр был официально закрыт – в нем не осталось не только актеров, но даже билетерши. Тогда же решением Президиума Моссовета «О латышском, литовском, эстонском, финском, польском и китайском клубах» был закрыт и Центральный латышский клуб.
Мария Карловна Лейко была арестована 15 декабря 1937 года. В справке на ее арест, подписанной начальником 3 отдела УГБ УНКВД по МО Иваном Сорокиным (расстрелян в 1939 году), говорится: «Установлено, что Лейко проживала в Латвии, Австрии и Германии, а в 1935 году под видом эмигрантки прибыла в СССР. Работая в латышском театре в качестве актрисы, имела тесную связь с врагами народа Эйдеманом, Петерс, Бранцан и др. (арестованы), одновременно являясь членом шпионско-террористической организации».
В декабре 2015 года «Последний адрес» уже установил мемориальную табличку актеру и режиссеру театра «Скатувэ» Вилису Христофоровичу Форстману на фасаде дома 15 по Мясницкой улице, а на фасаде дома № 8/23 по Страстному бульвару, где находился театр “Скатувэ”, табличку с именем литературоведа Сергея Сергеевича Динамова, расстрелянного 16 апреля 1939 года по обвинению в “участии в контрреволюционной террористической организации”.
Как и остальных работников театра, «латышскую патриотку-националистку» Марию Лейко обвинили в “принадлежности к латышской контрреволюционной националистической фашистской организации, созданной в 1934-1935 годах из артистов латышского театра «Скатувэ»”. Лейко якобы по заданию директора театра Роберта Банцана «проводила среди латышей контрреволюционную работу и фашистскую националистическую агитацию». Марию Лейко расстреляли вместе с другими латышскими узниками 3 февраля 1938 года на Бутовском полигоне. Всего в этот день были убиты 229 латышей, в том числе почти в полном составе труппа театра “Скатувэ”.
В момент расстрела актрисе было чуть больше 50 лет, а след ее внучки, отданной в детдом, был потерян.
В 1958 году Мария Карловна Лейко была полностью реабилитирована.

Аветис Султанович Султан-Заде (настоящая фамилия Микаэлян) родился в 1889 году в местечке Мераге (Maragheh) на северо-западе современного Ирана (т.н. Восточный Азербайджан) в семье армянских бедняков. Окончил церковную школу в Эчмиадзине, близ Еревана. Там же он примкнул к революционному движению, участвовал в работе революционных кружков среди студентов. В 1912 году (по другим данным – в 1909 году) вступил в РСДРП. Возможно, в эти годы он и взял себе партийный псевдоним «Султан-Заде», ставший впоследствии его фамилией.

В 1919 году Аветис Султан-Заде по заданию Коминтерна поехал в Ташкент, где работал в Совете интернациональной пропаганды, преобразованном в 1920 году на I Съезде народов Востока в Совет пропаганды и действия народов Востока, постоянно действующий орган при Коминтерне, который занимался пропагандистской работой, в том числе через выпуск журналов и других печатных материалов на восточных языках. В Ташкенте Султан-Заде проводил активную пропагандистскую работу среди проживавших в Туркестане иранских прогрессивно настроенных эмигрантов.
Когда в одной из провинций Ирана (в остане Гилян) была провозглашена Персидская советская республика (или Гилянская республика), Коминтерн направил туда Султана-Заде в качестве своего представителя. Здесь он активно способствовал созданию Иранской коммунистической партии (ИКП) и ее вхождению в Коминтерн в качестве секции. Он даже возглавил левое крыло партии, выступившее против умеренного курса правительства Гилянской республики во главе с Мирзой Кучек-ханом и за немедленное проведение социалистических реформ, в первую очередь земельной реформы.
До 1923 года Султан-Заде был членом Исполкома Коминтерна (ИККИ) от Персии, одно время руководил Отделом Ближнего Востока ИККИ.


Аветис Султанович Султан-Заде с дочерьми Заирой и Калерией.

В 1925 году Султан-Заде возглавил журнал «Экономическое строительство», до 1927 года принимал активное участие в работе советской банковской системы. Он — автор ряда исследований о Персии и работ по экономике, например: «Экономика и проблемы национальных революций в странах Ближнего и Дальнего Востока» (1921 год), «Колониальный Восток. Социально-экономические очерки» (под редакцией Султан-Заде, 1924 год).

В 1927 году ИККИ вновь привлекло Султана-Заде к работе в Иране. При его активном содействии осенью 1927 года в городе Урмии (Иранский Азербайджан) был подпольно проведен II съезд ИКП, принявший по докладу Султан-Заде “Тезисы по международному и внутреннему положению Персии”, определявшие главной задачей партии подготовку аграрной революции, которая должна была свергнуть режим Реза-шаха Пехлеви и создать в Иране “государство трудящихся”. На съезде Султан-Заде был избран членом нового ЦК ИКП, но осенью 1931 года ему пришлось оставить пост представителя ЦК ИКП в Коминтерне из-за ряда скандалов в руководстве партии.

В 1935 году Султан-Заде был снят со всех ответственных постов в Коминтерне.
К моменту ареста Аветис Султанович работал начальником планового сектора треста "Котонин" Наркомата легкой промышленности СССР. Султан-Заде арестовали 17 января 1938 года и обвинили в шпионаже. Спустя пять месяцев после ареста – 16 июня 1938 года – он был приговорен к высшей мере наказания. Приговор был приведен в исполнение в тот же день.
В 1956 году Аветис Султанович Султан-Заде был реабилитирован за отсутствием состава преступления.
Архивные фотографии и документы следственного дела М.К. Лейко Церемония установки таблички
«Последнего адреса»

Фото: Оксана Матиевская

***
База данных «Мемориала» содержит сведения еще о троих репрессированных, проживавших в этом доме. Если кто-то из наших читателей хотел бы стать инициатором установки мемориального знака кому-либо из этих репрессированных, необходимо прислать в «Последний адрес» соответствующую заявку.
Подробные пояснения к процедуре подачи заявки и ответы на часто задаваемые вопросы опубликованы на нашем сайте.

Неправильно введен e-mail.
Заполните обязательные поля, ниже.